KakaObi
Название: I will be your scarecrow
Автор: какаобище
Бета: обкакер
Персонажи: Какаши/Обито, Минато, Рин
Жанр: драма, романс, юмор
Рейтинг: R
Предупреждение: Это первый фанфик какаобища, не судите сторого, потому что он ранимый, а я достану вас на том свете. Поехали!


13 глава


Внутри у Обито как будто что-то оборвалось.
- Ч-что за задание? – выдавил он из себя.
- Обо всём по порядку, – спокойно ответил сенсей. – Во-первых, я должен попросить у тебя прощения за то, что так напугал вчера.
Брови Учихи поползли вверх: вот этого он от учителя точно не ожидал. Минато извинился, что же будет дальше? Он станцует на пеньке, как мартовский заяц? Обито отбросил неуместные глупые мыслишки и неожиданно даже для себя самого твёрдо сказал:
- Меня вы не напугали, сенсей, но почему вы так поступили с Какаши? Вы разве не знаете… – он запнулся.
- Я знаю, Обито, – Минато, глядя в сторону, покачал головой. – Тебе могло показаться, что я был с ним груб и несправедлив. И я это понимаю. Именно потому я и должен начать с самого начала.
Сказав это, учитель мечтательно уставился на бегущие по небу облака – он всегда делал такое лицо, когда предавался воспоминаниям. И, хоть Минато и был ещё совсем молодым, в такие моменты он выглядел почти что стариком, такой уж умудрённый видок у него был.
- Мы с отцом Какаши – Хатаке Сакумо, Белым Клыком Конохи – были неплохо знакомы. Он был великолепным шиноби и очень хорошим человеком, к сожалению, с непростой судьбой, – начал Минато. – Но вот его сын ещё с малых лет рос замкнутым и очень тихим ребёнком, и за ним водились некоторые странности. Уж не возьмусь судить, был ли это недочёт воспитания или на это имелись иные причины, но боевому джонину непросто в одиночку воспитывать ребёнка, тем более мальчика, в этом я уверен. Как и в том, что Сакумо души не чаял в Какаши и всеми силами пытался привить ему любовь к деревне и желание в будущем стать шиноби Листа.
Поначалу Обито слушал вполуха, но следующие слова сенсея заставили его вздрогнуть:
- С детства Какаши был способен натворить глупостей, его отец знал об этом и именно поэтому попросил меня после подготовки сына в академии взять его в свою команду. Я пообещал ему, что буду присматривать за Какаши и позже стану его сенсеем, и это было моё последнее обещание Сакумо, вскоре он скончался, а я претворял в жизнь обещанное…
- Так что вы там говорили о глупостях? – перебил сенсея Обито: его терзала смутная догадка, что он понимает, о чём говорит учитель.
- Не будь таким торопливым, Обито, – протянул Минато, – всему своё время. Ну так на чём я остановился? Ах, да. Я стал присматривать за Какаши и попутно подбирал состав своей будущей группы. Я сразу же остановился на Рин, она всегда казалась мне очень чуткой и отзывчивой девочкой, к тому же медик в команде никогда не повредит, особенно учитывая боевой характер Какаши, верно?
Учиха автоматически кивнул, а сенсей, улыбнувшись, продолжил.
- Что же до тебя, то ты производил впечатление мальчика даже чересчур активного и жизнерадостного. И я понял, что ты будто бы создан для того, чтобы растопить своим жизнелюбием ледяное сердце младшего Хатаке, – Минато некоторое время помолчал, видимо смакуя поэтичность собственного высказывания, Обито же почувствовал, что начинает краснеть и отвернулся в сторону. – Так и собралась наша команда, - подытожил учитель. – Повспоминали и ладно, перейдём к делу.
Выражение на его лице с мечтательного и сонного сменилось на деловое.
- Информация о вчерашнем инциденте, которую мне донесли, повергла меня в некоторый шок, – мрачно заявил Минато. – Я был огорчён, но, к сожалению, не удивлён.
Обито хотел что-нибудь сказать, прервав сенсея, но тот сделал предупреждающий жест рукой и продолжил:
- Не надо, Обито, я всё понимаю и провожу собственное расследование обстоятельств…
- Но почему вы не спросите меня?! Или Какаши?! – покраснев, выкрикнул Учиха.
- Когда придёт время, я спрошу, не будь же таким торопливым, - учитель прищурился. – Сейчас мы говорим о твоём задании, а не о моих планах. Как бы то ни было, вчера в драке вы с Какаши продемонстрировали командную работу, это меня очень радует, хоть обстоятельства и удручают. Я доволен тем, что вы, кажется, начали потихоньку находить общий язык. Поэтому моё задание для тебя будет касаться Хатаке.
Учиха изо всех сил постарался не выдать волнения. Он лихорадочно перебирал варианты того, что сенсей может ему сейчас поручить, и почему-то постоянно панически представлял, что тот прикажет выследить Какаши тёмной ночью и тихо убить. Это казалось полной глупостью даже самому Обито, но звучало в его голове так зловеще, что он не мог не пугаться и не думать об этом ещё больше.
- Обито, ты меня слушаешь? – учитель выудил его из пучины раздумий.
- А? Да, конечно, – Учиха мигом выпрямил спину и уставился на Минато.
- Вот и славно, – сенсей скрестил руки на груди. – Я хочу, чтобы ты продолжил контактировать с Какаши и проводил с ним как можно больше времени, пока он будет отстранён. Твоя задача попытаться привить ему понимание необходимости командной работы и проследить за тем, чтобы он не наделал никаких глупостей.
- Да какие глупости вы имеете в виду? – надломившимся голосом спросил Обито. Со стороны его интонацию можно было счесть нетерпеливой, но на самом деле голос сорвался от бури эмоций, одолевающих его в эту минуту.
- Я не могу описать тебе всё подробно, но, если ты заметишь что-то странное в поведении Какаши – это может быть внезапная агрессия, апатия, какое-либо спонтанное необычное поведение – то тут же беги ко мне. Подобные странности проявляются у него, когда он злится, так я считаю, – Минато авторитетно поскрёб затылок.
- Странности… – задумчиво протянул Обито.
Сенсей растерянно посмотрел сперва на него, а потом на солнце.
- Боже, я пропустил обед! – воскликнул Минато. – Кушина будет в ярости! Обито, я очень надеюсь на тебя, но вынужден бежать со всех ног. Ещё совсем немного, и государство потеряет свою гордость и надежду в лице меня… Как же я мог пропустить обед! – воскликнул учитель, стремительно удаляясь к выходу с тренировочного поля.

* * *
Только когда Минато-сенсей скрылся за поворотом, до Обито наконец дошёл смысл его слов. Выходит, что теперь ему официально поручено находиться рядом с Какаши день и ночь. Учиха не мог поверить, что это правда. Ему всё казалось, что он задремал на прогретых солнцем поленьях и увидел это во сне, а в суровой реальности Минато вот-вот начнёт его отчитывать. Обито пару раз ущипнул себя за руку, но не проснулся, а значит происходящее ему не мерещится, сегодняшний день и правда вышел необычайно удачным. Учиха было широко улыбнулся, спрыгивая с завалинки, но вдруг его кольнуло чувство вины. Вот он тут радуется, прыгать готов от счастья, а дома его ждёт Какаши. Обито вспомнил, с каким несчастным видом тот собирал его на тренировку. Конечно, Хатаке старался это тщательно скрыть, но глаза его не были спрятаны под маской, и Обито отлично видел, насколько неуютно Какаши чувствует себя, будучи отстранённым от тренировок. Он выглядел потерянным, как будто теперь ему некуда было пойти. Обито было не по себе представлять, как угрюмый Какаши будет бродить по пустынным деревенским переулкам до вечера, а ночью… куда бы он мог убрести? Думать об этом Учиха не хотел, потому и предложил Какаши остаться у него. Он искренне уповал на то, что Хатаке окажется достаточно рационален, чтобы предпочесть унынию здоровый сон и горячий рамен.
Теперь от долгожданной встречи Обито отделял только недолгий путь до дома. Он быстро шёл, не глядя по сторонам, приподнятое настроение омрачалось лишь внезапно появившейся неуверенностью. В голове у Учихи снова и снова звучали слова Минато-сенсея о странностях, водящихся за Какаши. Что это были за странности, Обито уже понимал. Более того, он видел это воочию. И не посчитал странным. Вообще никаким не посчитал, а лишь подумал, что другу нужна помощь. Прямо сейчас. Но вовсе не это внушало Обито неуверенность, а то, что учитель списывал это поведение Какаши на злость. Обито мог бы поклясться, что даже вчерашней ночью не видел в нём ни грамма злости. Всё, что угодно: страх, печаль, отчаяние – но только не злость. Но вот на полигоне… Он не знал, что заставило Хатаке продолжать избивать своих неподвижных противников. В тот момент он выглядел просто отрешённым. И все его действия были уверенными и чёткими. Особенно Обито запомнилось, как Какаши увёл райкири от прижатого к дереву Гая. А ведь был бы зол – убил бы… Сейчас для него был важнее другой вопрос: верно ли предположение, что Какаши движет не злоба? Потому что, если так, то Обито стоит быть очень осторожным, зная свой нелепый характер…
Но не только это служило Обито причиной для беспокойства. Сперва он обрадовался перспективе проводить с Какаши всё своё время, но теперь засомневался, а не будет ли против сам Хатаке? Не покажется ли это ему странным? И вдруг Обито встал на месте как вкопанный. Он должен рассказать о своём задании Какаши. Или нет? Решить было сложнее, чем могло показаться на первый взгляд. Во-первых, сейчас Какаши был гражданским и рассказать ему о поручении сенсея было нарушением устава, а Хатаке уважал устав и болезненно старался следовать ему, правда, за исключением вчерашнего дня. Может ли Обито всё равно поделиться с ним? И даже не собственная честность перед правилами волновала Учиху, а скорее вероятное осуждение со стороны Какаши. И как он вообще отнесётся к тому, что Обито должен будет присматривать за ним? Какаши ненавидит быть слабым, быть уязвимым, быть под присмотром… А если начать просто следить за ним… Об этом и речи быть не могло, Обито сам бы не стал тайно заниматься подобным. Видимо придётся сказать, но… Все мысли Учихи рано или поздно приводили к одному выводу: в любом случае Хатаке будет недоволен. Возможно, он разозлится и, если верить Минато-сенсею, выйдет из себя. Этого Обито неожиданно испугался. Он помнил яркую вспышку и обжигающую боль на спине, помнил надрывный и жуткий звук, электрический гул, треск и стрёкот. Вчера он бросился на помощь Гаю, но если никакого Гая не будет, только он и Какаши, то кто бросится на помощь ему? Обито, зажмурившись, потряс головой. Что за глупости иногда роятся в его мыслях? Не бывать этому! Во всём виноват проклятый недосып и вчерашняя нервотрёпка, вот мозг и рисует из Какаши какого-то монстра. А ведь Обито уже заглядывал под звериную шкуру и знал, что там укрывается простой мальчишка, которому нужен не страх и трепет, а место, откуда не прогонят. Тем более, Учиха уже был связан обещанием, он сам сказал, что никогда не станет бояться Какаши. В этот момент как будто тяжеленный груз свалился с его плеч и все тревожные мысли потеряли смысл, Обито глубоко вздохнул и с лёгким сердцем двинулся дальше.

* * *
Обито тихо закрыл за собой дверь квартиры и замер, прислушиваясь. Было слышно, как в раковине капает вода, временами с улицы доносился отдалённый собачий лай, больше ничего. Учиха переступил с ноги на ногу, скрипнула половица. Его вновь сковало беспокойство. Почему дома так тихо? Какаши же должен ждать его здесь. Но с чего Обито взял, что должен? Ведь он ничего не обещал, только лишь предложил прибраться, а Учиха отказался. Надо же быть таким дураком…
На цыпочках Обито прокрался в комнату, его ещё не покидала надежда, что там он увидит спящего Какаши. Но нет. На кровати царил бедлам. Одеяла были скинуты в бесформенную кучу, одна подушка, опасно накренившись, балансировала на самом краю, вторая была погребена под одеялами. Учиха шумно выдохнул и ссутулился. Он обвёл взглядом комнату и заметил, что разбросанные вещи и упаковки от еды пропали, немногочисленные книжки были сложены в стопку на столе, который в свою очередь приобрёл ровный цвет и перестал быть пятнистым от пыли и засохших капель пролившегося бульона от рамена. На душе у Обито стало невыносимо горько, выходит, Какаши действительно прибрался здесь, а что он делал потом? Куда мог пойти? Учиха прислонился к стене и втянул носом воздух. Странно, что он не заметил этого раньше, но в воздухе пахло едой. Не слишком сильно, видимо, нанесло откуда-то от соседей, но очень вкусно. Обито ощутил зверский голод. Он быстрым шагом направился в кухню, твёрдо решив, что сначала поест, а потом отправится искать нерадивого сокомандника, ведь это может затянуться до вечера, а быть чертовски невыспавшимся, да и голодным вдобавок, ему совсем не хотелось.
Пакета с упаковками рамена на месте не было. Очевидно, Какаши и здесь решил провести уборку. Обито очень надеялся, что он не убрал весь рамен себе в живот, вроде, оставалось ещё несколько пачек, хоть одну-то мог оставить… Учиха недовольно фыркнул и принялся рыться в тумбочках, про себя отметив, что на кухне едой пахнет ещё сильнее и если он прямо сейчас не найдёт свой рамен, то сожрёт стол или подушку.
- На подоконнике рыба, - услышав откуда-то из-за спины хрипловатый голос, Обито вздрогнул и шлёпнулся на зад.
Он медленно обернулся и сквозь дверной проём увидел, что кровать шевелится. Обито пришёл в ужас. Он не моргая наблюдал, как дёргаются одеяла и подушка выползает из-под них. Это она с ним сейчас разговаривала? Или через неё на связь вышел сонный демон, огорчённый тем, что Учиха сегодня практически не уделил времени сну? Или он сходит с ума? Тем временем подушка продолжала медленно надвигаться и вдруг, остановившись, прохрипела:
- В большой тарелке…
Обито вжался спиной в кухонную тумбочку и обнял мусорное ведро, глядя, как одеяла начали обретать облик человеческого силуэта. «Вот и всё, смерть пришла,» - пронеслось у него в голове.
- Ты чего молчишь? – подушка упала на пол и словно бы вопросительно уставилась на него пуговицами на наволочке.
Учиха попытался сказать хоть что-нибудь, но, похоже, окончательно лишился дара речи от ужаса.
- Эй, Обито? Ты слышишь?
Откуда эта подушка знает, как его зовут? Ах да, конечно, это же его подушка, она знает о нём всё. И это пугает. Обито не сводил с неё взгляд, пока резкое конвульсивное движение одеял не отвлекло его внимание на себя. Учиха понял, что прямо сейчас бесформенная куча перинок извергнет из себя нечто ужасающее, сонного демона или ещё какое-нибудь злобное хтоническое божество. Он приготовился к неминуемой гибели от встречи с неведомым и зажмурился, изо всех сил стиснув в руках мусорку и попытавшись за нею хоть как-то укрыться.
Было тихо. Подозрительно тихо. Прошло уже несколько секунд, а то и минута, Обито не знал. Ему казалось, что время остановилось. Вдруг он услышал прямо перед собой шаги и ощутил через футболку тёплое прикосновение к своему плечу.
- Обито? Ты чего сидишь тут? Рыба, говорю, на окне в тарелке. И рис ещё…
Учиха с трудом приоткрыл один глаз и встретился взглядом с заспанным и растрёпанным Какаши. Он смотрел на Обито не скрывая удивления и беспокойства.
- Всё нормально? - спросил Хатаке.
Обито покраснел как рак и, продолжая прятаться за мусорным ведром, ответил гнусавым от стыда голосом:
- Да! Я рамен искал!

* * *
Какаши сонно моргал и потягивался, сидя на табуретке, пока Обито с аппетитом уплетал жаренную рыбу с рисом, не переставая нахваливать.
- Кто научил тебя так вкусно готовить? - восторженно спросил Обито, дожёвывая последний кусочек.
- Отец, - чуть помявшись, тихо ответил Какаши.
- Извини, - полепетал Учиха, отводя взгляд.
- Ничего, - Хатаке прищурился. – Я очень рад, что тебе понравилось.
- Не то слово! - воскликнул Обито.
Он хотел прямо сейчас пересказать Какаши всё, что наговорил ему сенсей, но тот выглядел каким-то совершенно отстранённым и спокойным, как будто всю жизнь жил как сегодня: прибирался в доме, готовил рыбу и спал днём, и не было никаких изнурительных тренировок, запрещённых техник, драк, и даже злосчастного протектора никогда не было. И Обито совсем не хотелось нарушать это спокойствие своим рассказом.
Они долго молча сидели за столом. Какаши мечтательно глядел в окно, но Учиха заметил, что время от времени тот украдкой косится на него, в следующий момент снова возвращаясь к окну. Обито поднялся, взял тарелку и поставил её на край раковины. Спиной он ощутил пристальный взгляд. Обито обернулся и увидел, что Какаши смотрит на него с какой-то смесью любопытства и мольбы.
- Что такое? – спросил Обито, Хатаке не ответил, продолжая смотреть. – Что случилось?
Какаши покосился в сторону, нахмурившись. По его виду можно было предположить, что он силится принять какое-то решение. Обито пожал плечами и отвернулся, включил воду и стал мыть свою тарелку. Закончив, он развернулся и натолкнулся на стоящего у него за спиной Какаши. Его глаза лихорадочно блестели, он крепко схватил дрожащими руками Учиху за запястья и умоляюще прошептал:
- Когда он вернёт мой протектор?

14 глава


- Он не сказал, - Обито виновато посмотрел на Какаши, тот отпустил его и тяжело вздохнул, отводя взгляд.
- Ясно…
- Ты только не расстраивайся, - Учиха беспомощно уцепился за рукав его футболки. – Я уверен, что это произойдёт очень скоро!
В ответ на это Какаши только неуверенно кивнул.
- Он много всего сказал, - понизив голос, начал Обито, он хотел всё описать Хатаке в самых радужных красках, чтобы хоть немного успокоить. – Сказал, что не верит в ту версию, которую ему рассказали, и сам будет с этим разбираться. А ещё сказал… - он запнулся, подбирая слова. – Ещё он сказал, что беспокоится за тебя, но иначе не мог. Он думает… думает, - Обито лихорадочно перебирал в голове варианты продолжения фразы, - что за тобой водятся странности.
«Чёрт!», - Обито ругал сам себя за то, что ляпнул такую глупость. Ну какие странности? Почему он разговаривает так же по-дурацки, как Минато-сенсей?
- Странности? - с лёгким недоумением переспросил Какаши.
- Ну… да, - протянул Обито, но тут же поспешил заверить: – Но я не считаю тебя странным! Нисколечко! Даже совсем немножко.
Хатаке захихикал.
- И какие же странности за мной водятся?
- Так я у него то же самое спросил! – Учиха развёл руками.
- А он что?
- Говорит, что ты агрессивный, - чуть помолчав, Обито добавил: - И злой. Но это же совсем не так?
- Не знаю, - Какаши почесал затылок. – Мне кажется, что нет.
Он грустно посмотрел на Обито, протянув руку перед собой, и легонько провёл пальцами по его плечу.
- Снова боишься меня? – еле слышно спросил Какаши.
- Нет! - возмущённо ответил Обито.
Какаши опустил руку на его плечо и уверенным движением притянул к себе, другой рукой спуская маску. Обито первым начал его целовать. Учиха не знал, как словами доказать, что не боится его, и предпочёл сделать это так, как сделал. Хатаке охотно отвечал на поцелуй, он не стремился перехватить инициативу, а легко поддавался движениям Обито, только крепче впиваясь пальцами в его плечи.
Внезапно раздался стук в дверь. Обито вздрогнул и прервал поцелуй, Какаши вцепился в него, косясь на коридор.
- Кто это может быть? – как-то нервно проговорил он.
Стук повторился, в этот раз он был настойчивее. Обито тоже глянул в сторону коридора и, поправив футболку Хатаке, улыбнулся и сказал:
- Сейчас узнаем.

* * *
За дверью стояла Рин. Она кривовато улыбнулась левым уголком рта, коротко хихикнув поздоровалась и поспешила скорее зайти. Обито лишь кивнул в ответ на её приветствие. Девочка было рванулась в комнату, но вернулась к двери, чтобы разуться. Сняв сандалии, она выпрямилась, и они с Обито встретились взглядами. Щёки Рин тронул румянец, она снова тихо хихикнула и впилась холодными пальцами в руку Обито.
- Я должна тебе кое-что рассказать, - словно запыхавшись, выпалила она. – Я не нашла Какаши, хотела поговорить с вами обоими, мне страшно, Обито… Мне страшно.
Рин снова издала хихикающий звук, и только тут Учиха понял, что она всхлипывает, а не смеётся.
- Что случилось? – только и успел спросить он, когда Рин уже тащила его в комнату.
Она плюхнулась на край кровати тяжело дыша, её глаза лихорадочно горели, а щёки были покрыты неровным румянцем, на виске выступило несколько маленьких капелек пота. Обито косился в сторону кухни: он надеялся, что сейчас придёт Какаши и поможет ему успокоить Рин. Точнее как поможет – возьмёт и успокоит. Учиха чувствовал себя сейчас абсолютно беспомощным.
Немного отдышавшись и слегка побледнев, Рин протараторила:
- Я должна тебе рассказать. Я должна, Обито. Я не знаю, что со мной произошло, но я боюсь.
- Всё в порядке, Рин, - Учиха неловко попытался положить ей руку на плечо. – Что с тобой произошло?
Девочка вздрогнула, стряхивая его ладонь и, уставившись в стену, сдавленно проговорила:
- Ещё полчаса назад я думала, что сплю, но это не было сном.
- Что не было сном, Рин? Я не понимаю… – Обито затравленно озирался, не понимая, куда делся Хатаке. Вот где он может быть, когда так нужен?
- Всё не было сном. Всё.
- Я не понимаю, - безнадёжно прошептал Учиха.
- Боже, я разговариваю как умалишённая, - проворчала Рин, явно пытаясь взять себя в руки. – Мне так худо, как будто я на спор пила саке бутылками, как это делает моя наставница. Извини, я напугала тебя…
Обито поскрёб затылок и улыбнулся.
- Нисколько, - с фальшивой бодростью заверил он.
- Так я тебе и поверила, - Рин тихонько усмехнулась, из её глаз исчез лихорадочный блеск. – Но это очень важно. Я очень надеюсь, что смогу донести суть, чтобы было понятно и ты смог бы пересказать это Какаши. Я не нашла его, я говорила?
Обито молча кивнул. Интересно, что же такого хочет ему рассказать Нохара?
- Ещё полчаса назад я думала, что сплю и вижу какой-то нелепый сон, – вздохнув проговорила Рин. – Он начался с тренировочного спарринга против команды Асумы. На протяжении всего сна я была лишь безмолвным наблюдателем, иногда мне доставались реплики, но их словно произносил за меня кто-то другой. Я даже не узнавала свой голос. Пришла в себя я у наставницы. Я уронила ёмкость с лекарственным отваром, и звон бьющегося стекла как будто вырвал меня из этого состояния. А может это были пары настойки: она очень ядрёная, и если её унюхать, то придёшь в себя даже из самого глубоко обморока…
Обито с вниманием слушал Рин, но никак не мог понять, к чему она ведёт и почему рассказывает про какой-то сон.
- Но я отвлеклась, – Нохара сжала кулачки на коленях. – Я думала, что мне снится сон. Сначала тренировочный бой, потом я плохо помню, лишь какие-то крики и такой характерный электрический звук, как от техники Какаши. Я ещё очень удивилась, мне никогда не снились ни он, ни тренировки. Потом я как будто долго-долго шла куда-то, а после видела учителя Минато. Он был очень серьёзен. Я не помню, о чём мы с ним говорили, всё происходило будто не со мной, но я говорила только «да» очень много раз. Затем я шла домой, и дорога передо мной словно бы становилась только длиннее, вокруг была суета, я видела компанию мальчишек, бегущих куда-то и хохотавших, там были Асума и Генма…
Рин замолчала, глядя куда-то в сторону, она побледнела, откашлялась и чуть погодя продолжила:
- Нет, потом провал… А после этого появился ты, мы с тобой говорили, но я не могла ничего толком ответить, голова была как из ваты, - девочка коснулась кончиками пальцев своих волос. – Пришёл учитель, сказал мне осматривать тебя. И тогда я поняла, что это какой-то очень странный сон или не сон вовсе.
- Почему? – осипшим голосом спросил Обито, он окончательно перестал понимать, что здесь происходит.
- Мне никогда не снится учёба или работа, – уверенно ответила Рин. – К тому же, когда я увидела рану на твоей спине, я поняла, что это не может быть сном, потому что я никогда даже не могла бы себе вообразить, что Какаши способен ранить кого-то, тем более тебя.
- Почему? – снова тупо спросил Учиха.
- Потому что мы товарищи, кто же будет ранить товарища, – рассмеялась Рин, в её смехе ещё слышалась лёгкая хрипотца, но он всё равно был звонким. – Это отрезвило меня. Тогда я приняла единственное собственное решение в этом состоянии, которое считала сном, я промолчала про эту рану. Я хотела сказать тебе, что со мной происходит, но учитель отправил меня восвояси, и вскоре эта муть вернулась, - Рин с несчастным видом уставилась на Обито. – И так, пока склянку не разбила.
Обито молчал, пытаясь переварить услышанное от Рин. Выходит, это был не сон. А что тогда? Что за странная часть про разговор с сенсеем? Вопросов было больше, чем ответов. А если говорить начистоту, то ответов вообще не было.
- Гензюцу, – Обито и Рин одновременно подняли головы, услышав голос Какаши.
- Какаши? Ты всё это время был в гостях у Обито? – Рин недоверчиво уставилась на него.
- Посуду мыл, – с ледяным спокойствием отозвался Хатаке, – потом полировал мебель.
Обито начал стремительно наливаться краской, ему хотелось хлопнуть себя ладонью по лбу, ну что за чувство юмора у этого пугала? Рин же расхохоталась.
- Ну ты даёшь, молодец, - сквозь смех проговорила она. – Обито жизненно необходим хороший присмотр! Я тобой горжусь.
- Так что там с гензюцу? – раздражённо вставил Учиха.
Какаши сел с другой стороны от Рин и, чуть пригнувшись, посмотрел на Обито.
- Состояние, которое Рин описывает, похоже на последствия продолжительного гензюцу, – задумчиво пробормотал он, затем обратился к девочке: – Как в итоге ты поняла, что не спишь? Только потому что пришла в себя не дома в своей постели?
Нохара отрицательно помотала головой.
- Нет, – ответила она, – было ещё кое-что. Синяки.
Рин быстрым движением закатала правый рукав, под которым оказался внушительный бордовый фингал. Обито тихо охнул, а Какаши с интересом посмотрел на отметину.
- Ещё один ближе к плечу, – добавила девочка.
- Как ты их получила? – Какаши посмотрел в её глаза.
- Я помню руки, которые тащат меня куда-то, а я не могу сдвинуться с места, – неуверенно произнесла Нохара. – Это было где-то в деревне. В центре. Помню лестницу. Я не могла подниматься по ней, потому что не разбирала, где верх, где низ…
- Что было после лестницы? – Какаши продолжал внимательно смотреть на Рин.
- Сенсей. И я без остановки говорила «да», я уже рассказывала Обито.
- О чём был разговор? – на мгновение Обито показалось, что голос Какаши задрожал.
- Я не помню, – расстроенно протянула Рин.
- Это важно, попробуй вспомнить, – Хатаке явно начал нервничать.
Обито затравленно посмотрел на него, потом на Рин, та лишь беспомощно покачала головой.
- Не помню, – выдохнула она.

* * *
Рин дрожала как осиновый лист, поэтому следующие полчаса Обито отпаивал её горячим чаем, а Какаши пытался веселить с переменным успехом. «Определённо он ей нравится,» – то и дело думал Учиха, замечая, как Нохара смеётся над его несмешными шутками.
Тем временем за окном неуклонно темнело, и Рин засобиралась домой; отпускать её одну, учитывая её недавнее состояние, было опрометчиво, поэтому Обито предложил проводить, Какаши идею поддержал, как и сама Рин. Обито даже удивился: так давно он не слышал от неё согласия, вечно находились очередные неотложные дела. Такое чувство, что все они неуловимо переняли что-то от сенсея. У Рин – дела, Обито с трудом выражает свои мысли, а у Какаши просто феерическое чувство юмора. Учиха ухмыльнулся этой идее, закрывая за собой дверь квартиры.
На улице ощутимо похолодало, поэтому вся троица шла быстрым шагом. Ребята шутили, Рин звонко смеялась, о недавних происшествиях старались вспоминать как можно реже и, если уж вспомнили, переводить в очередную хохму. За весёлыми разговорами дорога показалась совсем короткой, и вот уже пришло время прощаться. Обито обратил внимание, что всё это время Рин смеялась и улыбалась немного нервно, натянуто, словно бы всё ещё было что-то, что она хотела скрыть. Как будто в ответ на его мысли, Рин резко прекратила хихикать и в миг посерьёзнела.
- Какаши, - понизив голос, сказала она. – Я понимаю, что ты скорее всего не ответишь, но думаю только об этом…
«О чём это интересно она думает?!» - пронеслось в голове у Обито. Хотя умом он сейчас понимал, что больше не ощущает такой болезненной тяги к Рин, как раньше, но всё равно почувствовал укол ревности.
- Спрашивай, - милостиво разрешил Хатаке.
- Как это произошло? – спросила Рин и затаила дыхание.
- Это?
«Что ЭТО!? О чём она знает?» – Обито начал поддаваться панике. А не следила ли Рин за ними, например, в окно, как давече это делал сам Какаши?
- Как ты ранил Обито? Как это произошло? Я очень хочу надеяться, что это был несчастный случай, – добавила она с тревогой.
- Это был глупый несчастный случай, – холодно подтвердил Какаши. – Такого больше не повторится.
- Обито, это правда? – Нохара перевела взгляд на Учиху.
- Правда, – пробормотал тот. – Только не говори сенсею.
- Я ничего не скажу, - замахала руками Рин. – И я вижу, что у тебя осталась мазь от ссадин, значит заживёт очень быстро, – она улыбнулась и добавила. – Но всё-таки это уму непостижимо. За сутки без меня вы успели наворотить столько дел…
- Никаких дел не воротили, - обиженно протянул Обито. – Так совпало.
Какаши молчал, он лишь помахал рукой на прощание Рин, когда они уходили. Девочка обещала присматривать за ними обоими по мере возможности и сурово наказала присматривать друг за другом. И тут Обито вспомнил, что не сказал Какаши самого главного.
- Слушай, - сказал Учиха, чуть замедлив шаг, Хатаке покосился на него. – Сенсей… он дал мне задание.
Какаши вопросительно склонил голову набок, а Обито приготовился к самому худшему, потому что он видел тень, проскользнувшую по лицу Хатаке, когда Рин заговорила о присмотре.
- Минато-сенсей тоже сказал мне присматривать за тобой.



@темы: Фанфик, Неподражаемое творчество админов, Какаоби - канон